Гертруда Стай. Кровь на полу в столовой.

По словам Стай, она попыталась написать детектив. Понятно, что детектив из под ее пера вышел весьма странный. Как говорила сама Гертруда: «Оно случилось». Детектив без убийства, финала, раскрытия преступления. «У моего детектива никакого конца не было». Собственно как и сюжетной линии. Проза Стайн это текучий, вязкий автобиографический текст, по преимуществу лишенный синтаксиса. Запятыми и прочими глупостями Стайн не балуется. Сплошные абзацы, абзацы, ничего кроме абзацев. Однако ж во всем этом текстуальном пиршестве присутствуют отголоски реальных событий. Криминал как неотъемлемая часть американской идентичности. Лиззи Борден как воплощение духа американской нации. «А быть убийцей то есть прирожденным убийцей а не какой-нибудь там дрянью и не ради чего-то другого а просто для того что-бы быть именно таким это очень по-американски и это не значит что ты при этом не должен быть славным парнем или хорошим сыном». Лиззи Борден это реально существовавшая девушка, подозревавшаяся в убийстве своих родителей. На протяжении всей книги Стайн обращается к ней, как к человеку способному понять суть преступлений, произошедших в Фолл-Ривер в 1892 году. «То-то мне и нравится в Америке что все так интересно даже если как говаривал один знакомый Элис Токлас в этой ступе и толочь-то нечего Лиззи понимаешь Лиззи что я имею в виду».
С одной стороны читать данный текс как детектив, конечно же, нельзя. Поэтому любителям детективов на страницах «Крови на полу в столовой» поживится нечем. Но, с другой стороны это действительно уникальное текстуальное явление. Из всего творчества Гертруды Стайн я читала только два произведения – «Кровь на полу в столовой» и «Автобиографию Элис Б. Токлас». Надо сказать, что при определенном привыкании к манере письма, можно получить настоящее удовольствие от текста. А некоторые пассажи просто великолепны.
«Кто помнит дверь. Всякий кто помнит дверь может помнить войну. Он ушел на войну чтобы его убили на войне потому что жена у него была сумасшедшая. Она вела себя странно, когда ходила в церковь. Она вела себя странно даже тогда, когда не ходила в церковь. Она играла на пианино и при этом набивала между клавишами цемент чтобы звука не было. Вот видишь цемент найти совсем несложно».
В этом наборе спонтанно образующихся в результате ночных бдений слов и мыслей, постоянно всплывают люди, составляющие ближний круг автора. Знакомые, родственники, знакомые знакомых, реальные события, детали памятные автору, слуги, машины, собаки. Они могут мелькать под разными именами, совершать на одной странице действия, а на следующих опровергать их. Поток сознания, зафиксированный на материальном носителе и приносящий Гертруде Стайн радость, когда «оно случается», и жестокое разочарование, когда «оно не случается». А каждый знает, как это случается у каждого.

http://slastic-j.livejournal.com/80614.html

хорошоплохо (никто еще не проголосовал)
Loading...Loading...

Tags:

Leave a Reply