Пилигрим и Акара. Глава 4. Беседа с Пилигримом

Кто-то начал:
- Вчера мы спорили…

Пилигрим тут же поднял руку и сказал:
- Споры это неуместно. Истина не нуждается в спорах и если собеседники разумны, можно искать и находить Истину вне споров. Так будет достойней.

- Но как? - спросили его.
- Ну вот представьте себе, что один считает, будто бы в каждом городе должен быть настоящий Гуру из настоящей цепи преемственности, другой видя что такого нет говорит ему об обратном, что такое не является необходимостью. Можно долго спорить об этом и каждый окажется прав, но Истина всё равно останется вне их.

И тогда спросили:
- А где же она?

- Истина подобна языкам пламени она не здесь, не там, но она всё равно есть и для того чтобы увидеть её глаз должен был быть так же быстр как пламя чтобы уследить за ним. Истина есть тончайшая мысль, которая не всегда может быть выражена словами, но нужно, чтобы ум был также быстр и сердце заострено, чтобы учуять её. Трудно сказать человеческим языком как правильно и извилисты пути кармы, а потому бывает и малое село где есть Гуру и большой город, где его нет. Всё по созвучию. Сердца подобны магнитам и где будет настоящее горение сердец туда огонь и привлечёт.

Если же такого горения нет, там настоящему Гуру нет места и даже если он появится и ему будет явлено лишь внешнее почитание без сердечного огня настоящих бесед не получиться. Люди обставляют всё правилами, они стремятся присвоить каждому явлению своё наименование, расставить всё по полочкам, чтобы всегда знать в какой ситуации как поступать, но огонь нельзя предсказать. Он появляется там, где ему нравится и ни один язык пламени никогда не будет похож на другой и даже в следующую секунду он будет не похож на самого себя. А потому скажем, что Гуру является необходимостью, но лишь там, где сердца горят ему в унисон.

Тут же появились новые вопросы:
- А как это гореть в унисон? В этом городе нет Учителя, ни один Гуру не пожелал остановиться здесь. Неужели дело в жителях, ведь все думали, что такова воля Небес, что на то обстоятельства или карма не желает повернуться так.

Пилигрим улыбнулся:
- У вас слишком много правил. Наверное, тяжесть их слишком велика чтобы какой-то Гуру пожелал взвалить её на свои плечи.

Нотка Пилигрима была мягка и грустна и тут до людей стало доходить.
- Так как же быть с правилами? - спросили его - отменить или назначить более мягкие? Мы не можем жить без правил.

- Уже говорил сегодня, что правила должны определяться сердцем, сердечным стремлением и они не должны быть узки. Пусть они будут широки. Община подобна засеянному пшеницей полю. Сеятель не может приказать расти зёрнам в одном месте и не расти в другом и никто не скажет почему одно зерно проросло а другое нет . Всякая попытка приказа будет глупа, сеятель широко сеет и в этом его предназначение. Сангха для того существует, чтобы открыть и воспитать сердца и в этом её предназначение, а потому всё что не отвечает этой задаче ей мешает.

Тогда пошли новые вопросы:
- А как же заставить Сангху служить сердцу?

Пилигрим увидел, что люди стали задавать верные вопросы ярко улыбнулся и сказал:

- А вы как думаете? Давайте устроим состязание кто предложит лучший способ, отберём из них самые годные вот и будет вам чем заняться, глядишь и настоящий Гуру не преминет придти. Воодушевлённые этой задачей люди выбрали писца, который бы записывал их предположения.

Тут же вышел первый и сказал:
- Если сердце это главное, то всегда нужно слушать его веления, делать, как оно говорит.

Пилигрим спросил:
- А как отличишь веления сердца от веления твоих эмоций?

Человек насупился и сказал:
- Я не знаю.

Писец отложил перо, но Пилигрим кивнул ему:

- Нет, ты пиши. Не каждому дано иметь чистое сердце изначально, но живя среди чистых сердец, человек может стать обладателем такого. Потому давайте сперва, сограждане, решим, что будет признаком чистого сердца. Тогда легче будет следовать велению чистых сердец. Люди зашушукались: А действительно, что будет признаком чистого сердца?

Кто-то сказал: Честность.
Кто-то сказал: Отвага, храбрость.
Кто-то сказал: Тяга к подвигам.
Кто-то сказал о любви, кто-то сказал о преданности.

Пилигрим выслушал их всех и стал отвечать:
- У каждого явления есть свой полюс. Храбрым можно быть и в воображении, а на деле являть лицо страха, тяга к подвигам может быть и от скуки и любовь может быть лишь к умиляющим котятам, забывая о людях. Подумайте, как оградить явление сердца от всего наносного.

Тогда встал один и сказал:

- Мы все говорим о разных явлениях сердца, но никто не сказал о качестве этих сердец. Слышал я что важно распознавание. Только оно.

Пилигрим кивнул ему:
- Ты прав. Распознавание качества сердечного огня. Вот что важно. Но как рождается оно?
Сидящая в первом ряду немолодая женщина вскинула глаза:

- Я знаю, как рождается распознавание. Я знаю, что оно рождается постижением пар противоположностей.

- Хорошо, что ты знаешь, но как применишь здесь?

Ответа не последовало, но первый продолжил:
- Значит, у каждого явления сердца будет своя противоположность, и понять качества можно исследуя эти противопоставления. Храбрость или нерешительность, или сердечность или бессердечность, умильная жалость или сострадание. Согласен, но есть ещё более тонкое распознавание. Многие качества сопряжены с другими не противоположными им, но рассматривать их можно только лишь вместе. Например, преданность. Что поставить рядом?

Люди задумались. Никто не знает. Пилигрим им ответил:
- Учение говорит о том, что преданность должна быть сопряжена с зоркостью. Бывают зоркие, но не преданные, такие будут искать соломинку в глазах брата, бывают преданные, но не зоркие. Такие не рассмотрят, как их преданность перерастает в фанатизм. Пусть зоркость и преданность будут сопряжены.

-Чтобы растить распознавание, сограждане, упражняйтесь, упражняйте ваши сердца в таких беседах. Ищите лучшие противоположения, ищите лучшие сопряжения, состязайтесь в находчивости. Так ваши сердца станут зоркими, и вы не пропустите ехидны, которая захочет пробраться между вас. Споры - это удел незрячих. Будьте зрячими, не спорьте, но ищите. Пусть это будет первым способом закаливания сердец.

Писец взял перо и записал: Состязание в находчивости, в нахождении противоположений, противопоставлений и сопряжений качеств человеческого сердца.

Когда он это записал, Пилигрим продолжил:
- Теперь поговорим о распознавании. Ты, сказавший о нём, сядь ближе.

Тот пересел.
-Скажи мне, как мыслишь распознавание среди каждого дня?

Тот отвечал:
- Но я лишь слышал о нём.
- Но неужели думаешь, что не знаешь?
-Мне трудно судить.
-Хорошо. Предположим, ты уже распознающий. Слушая нашу беседу, как ты, распознающий, смог бы о ней сказать?

Подумал и ответил:
- Я видел, как наконечники стрел мыслей присутствующих здесь людей смотрели в разные стороны, и я видел, как ты направлял их в сторону одну. Я видел, как они искали противника, которого поразить, но не видели и я видел, как ты указывал им врага - ты показывал им собственное невежество и они устремляли туда мысль свою. Это я видел точно.

-Ты хорошо сказал! А с чем ещё мог бы сравнить?

-Слышал я, что можно сравнивать с музыкой. Здесь были разные мелодии. Все разные инструменты. Видел я, как ты умело учил их играть величественные фуги так, что сердца их дрожали от торжественности. Я видел, как люди открывали в себе новое и как сияли их глаза. И даже если не видел их глаз, я всё равно чувствовал, что они сияют.

Пилигрим отвечал:
-Тогда скажи, а чем твоё такое понимание отличается от понимания распознающего?

Тот задумался.
-Мне не с чем сравнить.

Пилигрим обратился к другим:
-Подумайте вы, в чём разница?

Кто-то сказал, что распознающий знает всё.

Пилигрим отрицательно покачал головой.
-Нет, все мы люди. Мы строим свою философию на опыте и выводе и узнаём о том, что происходит, когда видим это. Всезнанием не обладал даже Великий Гуатама Шакьямуни Будда.

Кто-то другой сказал, что в присутствии распознающего - музыка сердца и хочется петь.

На что ответил Пилигрим:
-Вы путаете распознающего с Высоким Йогином.

Кто-то сказал, что должно снизойти Озарение.

На что Пилигрим ответил:
-Озарение никому ничего не должно и если нисходит, то лишь на годных и для этого не нужен распознающий рядом. Хотя, конечно, в присутствии Высокого Йогина бывает и такое.

Совсем задумались люди и не знали что сказать.

Пилигрим сказал:
- Вот и я не знаю разницы. Скажи своё имя человек?
-Меня зовут Антуан и я делаю хлеб.

-Хорошо, Антуан. Сегодня вечером я напишу тебе Свиток. Пусть твоё сердце радуется.

Антуан поклонился совершенно с ошалевшим видом. Он так сильно размышлял над предложенными Пилигримом задачами и вопросами, что совершенно забыл о себе. И когда сказано было ему и о нём самом, он совершенно растерялся. Это была лучшая реакция, которой можно было ожидать и Пилигрим весело улыбнулся.

-Друзья, соберёмся вечером здесь же. Пусть Антуан принесёт нам хлеб и пусть здесь будет вода.
На закате солнца мы устроим «пир радости».

Люди с неохотой и в задумчивости стали покидать свои места. Им так понравилось то, что здесь происходило. Так это было необычайно прекрасно и так это было непохоже на всю их жизнь, что уходить не хотелось. Но у всего есть своё начало и всему бывает своё завершение.

НАЧАТЬ С НАЧАЛА >>>

Еще мои книги:
Астролетчики.
Два мира.

http://dmitriyraevskiy.livejournal.com/243092.html

хорошоплохо (никто еще не проголосовал)
Loading...Loading...

Tags: ,

Leave a Reply