«Лунный олень», очередная глава

Получился длинный перерыв в выкладках, но зато выкладываю сразу большой кусок. Как обычно, под катом или здесь: http://samlib.ru/s/safranow/alen1.shtml

Если бы у меня было больше времени, я бы обязательно забабахал игру-симулятор лунного "грузовика", как это описано в главе. Но времени нет и не будет, поэтому тем, кому хочется самому ощутить всю сложность управления лунным аппаратом в шести осях сразу, могу предложить установить замечательную игру Lunar Flight http://www.shovsoft.com/lunarflight/

А счастливые (вроде меня) владельцы шлемов виртуальной реальности вообще получат полное погружение (благо, игра поддерживает технологию VR). Очень рекомендую!

Луна, октябрь 2042 года.

- Полуавтомат! - бросил Алексей в пространство, даже не уточнив, к кому обращается.

Но этого и не требовалось - эксп-система корабля выполнила команду незамедлительно, ведь основным каналом ее коммуникации с пилотом была отнюдь не голосовая, а мнемосвязь. Поэтому управление тут же переконфигурировалось в требуемый режим. А в дополнение загорелась лампочка сброса полетного задания.

- "Олень-7", по какой причине прекращен посадочный цикл? - немедленно донесся из наушников вопрос из диспетчерской. Можно было бы добавить "заданный озабоченным тоном", но центральная эксп-система "Косморесурса" не считала необходимым придавать общению с живыми пилотами эмоциональную окраску, хотя, безусловно, могла это сделать.

- "Минеральная", принял решение произвести дополнительный осмотр рабочей площадки в ручном режиме! - лениво отбрехался Алексей, неуловимыми движениями рукояток управления гася остаток вертикальной скорости.

- Принято, "Олень-7"! Напоминаю, критический остаток рабочего тела для завершения миссии - двадцать два процента!

"Без тебя знаю, дура!" - он еле удержался, чтобы не сказать это вслух. Эксп-система, разумеется, на грубость не обидится, но есть же установленные правила связи! Начальству беспричинная ругань в эфире явно придется не по душе.

На самом деле топлива у него имелось в избытке. Взлет с "Минеральной", разгонный импульс для баллистического прыжка в Залив Радуги и торможение над целью (все в автоматическом режиме) "съели" только семь процентов от исходного десятитонного бортового запаса водорода. Ведь данный полет, по сути, "местного значения" - Залив Радуги (нет, название ни на что такое не намекало, возникнув гораздо раньше появления дополнительных смыслов) располагался на краю "родного" Моря Дождей, всего в паре сот километров от базы. На обратный путь он потратит столько же рабочего тела, плюс резервный запас. А в режиме висения пятидесятитонный "Лунный олень" потребляет всего-то четыре килограмма водорода в секунду. Виси себе, сколько влезет!

Дополнительный осмотр, который он назвал причиной перехода в ручной режим, не очень-то и требовался - место происшествия Алексей уже дотошно изучил как по спутниковым снимкам, так и прямо через уцелевшие камеры аварийного бота. И посадочная площадка тоже была подобрана еще до вылета. Удостовериться, что на ней не появилось вдруг посторонних предметов, вполне можно было по ходу посадки, благо эксп-система корабля вполне способна справиться со всем этим и сама. Но ему хотелось более активного участия в процессе. Тут как раз подходящий случай: и формальный повод имеется, и ресурсы в избытке. Миша, суровый, но справедливый начальник, на такие "фокусы" обычно смотрел сквозь пальцы, понимая, что пилотам критически необходимо время от времени "порулить" самим. Однако, чтобы не отчитываться за ненужный перерасход ресурсов, тщательно подсчитываемых бездушной автоматикой, всегда требовал хоть каких-нибудь обоснований. Впрочем, за этим дело чаще всего не стояло. Ведь дополнительные маневры для перестраховки - неотъемлемое право пилота, и крыть тут нечем.

Серо-синяя поверхность кратера, поблескивающая тут и там серебристыми искорками обнажившихся из-под слоя реголитной пыли участков базальтовых пород, заняла горизонтальное по отношению к кабине положение. Алексей строго дозированным импульсом слегка довернул машину по курсу, чтобы низко висящее над близким лунным горизонтом светило не слепило глаза, и приступил к визуальному осмотру. С высоты в полсотни метров место инцидента просматривалось прекрасно, лучше, чем на спутниковых снимках. Пусть те были и не менее детальными, но плохо передавали ощущение объема. И еще хуже - то самое чувство вселенского одиночества, о котором в первый же день предупреждал начальник. Нет, пустая на многие сотни километров вокруг поверхность спутника явно выраженной депрессии у пилота не вызывала. Но и приятными навеваемые обстановкой эмоции тоже назвать было затруднительно. Только у него они порождались не из-за, собственно, одиночества - Алексей всегда был довольно замкнутым и самодостаточным человеком, а вследствие вполне рациональной оценки обстановки. Он прекрасно понимал, что, случись с ним крупная неприятность (достаточно маловероятная, на самом деле), помощь скорее всего не успеет прийти. Космос неумолимо жесток к неудачникам. Но это правила игры, которым он добровольно согласился следовать. Наконец, это просто его работа! Поэтому Алексей без труда загнал возникший было мандраж поглубже в подсознание и приступил к делу.

Аварийная буровая установка, вернее то, что от нее осталось, занимала круглую площадку метров десяти в диаметре, притулившуюся у выступавшей из однообразного реголита невысокой базальтовой скалы. Автоматический комплекс, самостоятельно, по наводке от разведывательных ботов, кочевавший по Заливу Радуги и выполнявший пробные бурения в перспективных в смысле нахождения залежей всяких полезных элементов местах, внезапно начал передавать сигналы бедствия. Анализ телеметрии и фотографий с дежурных спутников наводил на мысль о резком проседании породы под установкой. Картина, которую сейчас имел удовольствие созерцать Алексей, вполне соответствовала предварительным выводам. Комплекс, состоявший из четырех состыкованных автономных самоконфигурирующихся ботов и собранной ими буровой вышки, более не представлял собой единое целое. Стрела вышки вместо положенного вертикального положения занимала теперь практически горизонтальное, упершись явно деформированной верхушкой в отвесный участок расположенной рядом скалы. Один из ботов исчез в темном зеве провала полностью, два других беспомощно глядели в иссиня-черное лунное небо нелепо торчащими в пустом пространстве крайними парами мощных решетчатых колес. И лишь самый дальний от скалы луноход гордо попирал реголит в штатном положении. Однако его передние манипуляторы, удерживавшие ранее вышку, уныло поблескивали в ярких лучах солнца острыми краями обломков полированных гидравлических цилиндров. Собственно, именно эту грустный кусочек общей картины и передавали камеры уцелевшего бота на базу.

Более ничего ценного наблюдение сверху принести не могло, и Алексей повел "Оленя" на посадку на намеченную заранее ровную площадку в сотне метров от места аварии. Эту деликатную, но стандартную операцию вполне можно было доверить и автоматике, однако какой пилот откажется выполнить сложную операцию вручную? "Отмазка" имелась и тут - вдруг под ровной и твердой на вид площадкой тоже имеется провал? Автопилот, скорее всего, отреагирует на подобный поворот событий адекватно, но гораздо спокойнее, когда ты контролируешь все лично. Пусть даже это и некоторый самообман...

Довернув по курсу нажатием на правую педаль, он затем придал машине небольшую горизонтальную скорость. Намеченный посадочный участок, услужливо подсвеченный дополненной реальностью навигатора корабля, стал приближаться. Выждав пару секунд, Алексей скомандовал:

- Импульс семьсот на маршевые!

Тонкий корпус челнока отреагировал на усиленную подачу водорода по топливопроводам легкой дрожью. Чувствуя машину "пятой точкой", пилот плавно прибрал мощность основных двигателей как раз в тот момент, когда корабль уже готов был "подпрыгнуть", получив солидную прибавку рабочего тела в камерах. Расход топлива увеличился втрое, зато скорость истечения плазмы из сопел уменьшилась во столько же раз. Это было необходимо, чтобы не повредить дно корабля отраженными от лунной поверхности горячими струями и выбитыми ими же оттуда мелкими камешками и пылью. Хотя сопла шести маршевых двигателей "Оленя" по тем же соображениям отодвинуты далеко от бортов длинными несущими штангами, этой меры было недостаточно. Мощная струя пламени, бьющая в грунт со скоростью в два десятка километров в секунду - страшная сила! Лучше перестраховаться, снизив ненадолго эффективность двигателей и потратив немного лишнего топлива. Особенно при посадке на неподготовленную площадку...

Посадочный участок, отмеченный маркерами веселого салатового оттенка, вносившими некоторое разнообразие в унылый серый пейзаж, начал не только ползти под нижнее стекло кабины, но и увеличиваться в размерах. Алексей снизил тягу еще чуть-чуть, прибавив вертикальной скорости. Маркер расчетной точки касания уперся в ближний угол посадочного квадрата. Когда альтиметр показал высоту в десять метров, пилот плавно добавил тяги, уменьшив скорость снижения. Поступательное движение он не убрал намеренно, собираясь сесть с ходу, "по самолетному", дабы поднятое двигателями облако пыли не успело закрыть обзор из кабины. Такой способ был сложней и слегка опасней, чем традиционная чисто вертикальная посадка, но это только придавало Алексею азарта. Теперь маркер уперся ровно в центр воображаемой посадочной площадки и медленно приближался. Возбужденно дыша в предвкушении своей первой ручной посадки на Луну, пилот чутко отслеживал параметры полета. За мгновение до касания он резко убрал тягу до нуля. Аппарат немедленно "посыпался" вниз, но сразу же упруго ткнулся в грунт всеми своими четырьмя колесами, покатившись вперед. Алексей тут же погасил и горизонтальную составляющую скорости, и машина послушно замерла на месте, упруго покачиваясь на амортизаторах. Он почувствовал, как левая ладонь, судорожно сжимавшая рычаг тяги в полной готовности немедленно двинуть его до упора вперед в случае проваливания грунта, вспотела настолько, что встроенная в перчатку прослойка внутреннего климат-контроля не успевала ее осушать. Однако намерения провалиться в местный Тартар корабль проявлять не спешил. Пилот напряженно выждал еще несколько секунд, пока эксп-система, основываясь на анализе встроенных в шасси датчиков, не положила конец его сомнениям:

- Сейсмоанализ положительный. Грунт соответствует требованиям твердости, внутренние пустоты не обнаружены!

Алексей позволил себе, наконец, облегченно вздохнуть и разжал пальцы, выпустив из рук ненужные более органы управления. Поздравил сам себя:

- Ну, с первым прилунением тебя! - как бы опрокинув воображаемый бокал шампанского, он заблокировал управление и доложил в диспетчерскую:

- Здесь "Олень-7", посадку выполнил. Приступаю к обследованию зоны аварии!

К его удивлению, вместо бесстрастного голоса центральной эксп-системы в наушниках раздался радостный возглас Комарова:

- Хорошо притер, молодец! - перед глазами пилота возникло и тут же исчезло объемное изображение чокающихся рюмок. Руководитель летного отдела явно не чурался слегка нарушить регламент связи. И, разумеется, как с запозданием осознал Алексей, начальник пристально наблюдал за всеми маневрами нового сотрудника в его первом самостоятельном вылете, не предупредив, чтобы не вызвать у того "эффект экзамена". "Студент" оценил деликатность босса и степень его доверия к новичку. Другой попытался бы контролировать любой его чих в первых полетах.

- Спасибо, Михаил! Твои советы очень пригодились!

- Сейчас я тебя еще одному советчику передам! Его советы еще больше пригодятся!

Из наушников донесся знакомый голос:

- Алексей! Здравствуйте! Это Егор Семенович, помните меня?

- Конечно!

- Вот мы и встретились, правда только по радио. Меня попросили консультировать вас с геологической точки зрения. Нацепили вот этот дурацкий шлем, теперь я все вижу как-бы вашими, Алексей, глазами. Приступим к разведке? Интересный случай, провалы поверхности, насколько я знаю, весьма редки в местной практике!

- Отчего же и не приступить? - безлюдная серая пустыня внезапно оказалась весьма даже "населенной" физически удаленными, правда, но внимательно наблюдающими за ним и готовыми в любой момент помочь рекомендацией специалистами, каковой факт не мог не ободрить только что ощущавшего себя единственным "воином в поле" космического путешественника. Контролирующие его действия бездушные эксп-системы не в счет, они не могут заменить живого человеческого общения!

- Опустить пандус! - скомандовал он автоматике корабля.

Алексей открыл в интерфейсе допреальности экранчик, "подвесив" его в сверху, наподобие зеркала заднего вида в старых автомобилях. Вывел на него изображение с кормовых камер "Оленя", успев как раз к тому моменту, когда массивный трапецеидальный пандус мягко коснулся поверхности концевыми демпферами, почти не подняв пыли. Зев открывшегося негерметичного грузового отсека, оказавшийся с теневой стороны корабля, чернел непроглядной темнотой, однако пилот и так знал, что там находится. Протянув руку, он активировал иконку небольшого разведывательного бота, предусмотрительно взятого с собой и дожидавшегося своего часа в "кузове". Спустя пару секунд иконка вспыхнула зеленым, сигнализируя о готовности инструмента. Алексей перевел дополнительный экран в режим вида сверху, растянув к тому же его границы. Снизу создал еще одно окно, выведя на него изображение с передних камер разведчика и убавив прозрачность обоих экранов. Теперь в его поле зрения находились две картинки с камер, сквозь которые едва просвечивали контуры кабины.

В ЖЖ больше не помещается, поэтому дальше здесь: http://samlib.ru/s/safranow/gl.shtml

http://alex-barenberg.livejournal.com/72460.html

хорошоплохо (никто еще не проголосовал)
Loading...Loading...

Tags: , ,

Leave a Reply