Книжки. сентябрь

Чем я счастливее, тем меньше я читаю.

1. Esterion. «The little boy lost». Это небольшая повесть небезызвестной в жж esterion, фанфик по сериалу Queer as folk. До этого я к жанру фанфика не подходила ближе чем на расстояние, с которого когда-то в юности прочла, как Драко Малфой нежно целует Гарри Поттера, приближаясь к интимным местам, помотала головой и решила, что, наверное, мне это не надо. Но тут, читая личный журнал esterion в постоянном потоке, я много месяцев была косвенным свидетелем отношений автора с реальностью текста. Следила за тем, как она переживала процесс создания и, уже потом, — за тем, как повесть расходилась дальше, возвращаясь к автору откликами и событиями, и даже издалека смотреть на это было любопытно — и стало совершенно необходимо ознакомиться с самим текстом.
Ни на минуту об этом не пожалела. Отношение читателя к исходному сериалу (которого я, например, не видела ни кадра) не важно вообще, Boy lost — совершенно самостоятельное произведение. История гея, переживающего адскую драму потери любимого человека. С полным отчаянием, с иронией, то с искренностью, то с «деланием лица», дружеской помощью и смертоносным деструктивом, с описанием этого кромешного краха в мелких грязных подробностях — в том числе во множественных анальных. Пики эмоций, то и дело приходящиеся на задницу, — не самая привычная штука для читателя, но, проникаясь героем, нельзя не признать абсолютную уместность и правдоподобие этого преломления чувств и того, что неожиданный ракурс нисколько не мешает воспринимать это в первую очередь как глубокий трагический текст, который очень уместно прошелся и по моему разбитому сердцу — надо сказать, неплохо его подлечив.

2. К. Фокс. «Наблюдая за англичанами: скрытые правила поведения». А это — социологический труд, написанный англичанкой-социологом о своем же весьма специфическом народе. Особенности менталитета, которые делают англичанина англичанином, а русского русским, часто остаются размыты в восприятии, нечетки, — и потому особенно интересно следить за процессом того, как социолог берется решить задачу их вычленения, обоснования, серьезного разбора. И для этого — ходит по барам, заговаривает с незнакомцами, ломится в кассу без очереди, наступает на ноги прохожим. И делает выводы, и невероятно увлекательно рассказывает о выявленном. О социальной неловкости, максимально глубоко пронизывающей общественную жизнь англичан (даже назвать свое имя при знакомстве — грубость!), о глубоком классовом расслоении, согласно которому низшим классам свойственны одни вещи, средним — совсем другие, а высшим — снова можно делать то, что делают низшие, но уже иронично! Да, и много об английской иронии. И о том, нахрена им сдались эти бесконечные разговоры о погоде. И о том, как прилично прибедняться в ответ на комплименты, а как можно тонко похвалиться. Как добиваться своего, ни слова не говоря напрямик! Странно. Непонятно зачем. Но интересно — не оторваться. И, надо сказать, эти скрытые стратегии только выглядят экзотическими, а на самом деле в нас гораздо больше описанных англичан, чем хочется думать при чтении — и любое "ты мне нравишься, поэтому я к тебе ни за что не подойду" — это именно оно. И на своем примере я вижу, что все это не только нелепо и неудобно, но и совершенно необходимо.

3. П. Байяр. «Искусство рассуждать о книгах, которых вы не читали». Вот что надо было прочесть перед тем, как писать все эти ежемесячные отзывы! Сколько времени можно было сэкономить! Ха! Удивительная книга, написанная преподавателем литературоведения в парижском университете, планомерно и пошагово развенчивающим в этом тексте всякую ценность чтения. Во-первых, не так важно читать книгу, как важно понимать ее место в литературном процессе. Во-вторых, всякая память ничтожна, изменчива, не стоит доверия, поэтому что толку в вашем пережитом опыте, если на него нельзя положиться. В-третьих, кто вообще все эти люди, требующие от вас что-то читать! Ну конечно, это тонко и довольно забавно, конечно, это игра. Повинуясь правилам этой игры, я прочла подряд только половину книги (одобряю), еще четверть пролистала (одобряю), на какие-то страницы не заглянула вообще (не одобряю) — и, да, говорить о ней могу достаточно долго и вдумчиво и даже не то чтобы сразу рассмеюсь.

4. Т. Лири. «Семь языков бога». У меня в этом месяце мало книг, зато описания велики. Но тут без предыстории никак. В общем, много лет назад любили мы с Аленем «Френки-шоу»: еженедельное радиопредставление «Серебряного дождя», где весьма экспрессивная история жизни каждый раз рассказывалась от имени какого-то персонажа (из реальной жизни, реже — литературного героя), а радиослушатели пытались догадаться, о ком это. Так собрался целый корпус этих торжественных игровых «автобиографий», это было великолепно и это было мистификацией — никто не знал, кто в действительности скрывался за псевдонимом Френки. Чуть позже в инете прогремел развенчивающий реальность сериал про мистера Фримена. И только вот в этом сентябре я узнала, что всё это делал Вадим Демчог (он же заодно мудрец-венеролог из «Интернов»), актер, психоаналитик, широчайшего сознания и вот такенной харизмы человек. Была восхищена. И буквально на следующий день наткнулась на книгу Тимоти Лири, величайшего психонавта 60-х, посвятившего жизнь исследованиям психоделических веществ — в исполнении этого самого Демчога! И пазл cщелкнулся, мои герои срослись, книжку в уши и на много часов на улицу... Лири пишет оттуда, из времен, Демчог читает его своим вкрадчивым голосом, и все это становится истинным непорочным трипом без применения кислоты. Кое-что шокировало. Например, что Лири практиковал посредством LSD лечение гомосексуализма и детского аутизма. Что-то вдохновило — те же описания психоделического секса: ты идешь по холодной улице, всего лишь слышишь текст в аудиозаписи, но вселенское возбуждение становится твоим собственным переживанием всемерного слияния себя как минимум с этой улицей и словами. Что-то позабавило — те же костюмы для интернет-серфинга, которые, по предсказаниям Лири, должны бы уже быть в ходу. (Впрочем, как раз сегодня мне из Китая пришли 3D-очки за сто рублей, начну, пожалуй, считать их своей первой деталью костюма.) Так или иначе, я не нуждаюсь в том, чтобы Лири был прав или не прав. Он, несомненно, есть, и это прикосновение ценно.

5. Н. Измайлов. «Убыр». Самая страшная книжка из тех, что попадали в мои руки. Место действия — Татарстан; герои, от лица которых — невзрослый еще мальчик и младшая его сестра; беда — убыр. И как незнакомы нам татарские верования, так же чужда оказывается ситуация, в которую они влипли. Особенно страшна нелинейностью наступления краха. Не как в этих наших современных хоррор-фильмах: был человек, укусили, стал зомбак — а медленное, непонятное и потому до тряски жуткое схождение в чудовищность. И очень жестокий окружающий мир — даже для подобного жанра до крайности обделенный волшебными помощниками. Леденящей безнадеги хватит до последней страницы, останется еще. Как узнала уже потом, это «еще» оставлено на следующую книгу. И она вышла уже. Пойду и я за нею.

6. М. и С. Дяченко. «Пандем». И еще одна очень хорошая, очень глубокая книга, то ли выходящая за пределы своего жанра, то ли просто растягивающая их, пока не лопнут и фантастика не взорвется социальной философией. Очень простыми словами написанная, темы она поднимает самые глубокие — ну вот это самое, из Янки, "как же сделать. чтоб всем было хорошо?". Приходит на землю нечто. Не всемогущественное, но каждую секунду приближающееся к этому, не всезнающее, но каждую секунду приближающееся к этому; способное говорить одновременно с каждым жителем планеты по душам. Искренне желающее добра. Но не бог.
Так как же сделать, чтобы?..

http://users.livejournal.com/yukka-/986027.html

хорошоплохо (никто еще не проголосовал)
Loading...Loading...

Tags:

Leave a Reply