Павел Басинский. «Лев в тени Льва». «Бегство из рая».

"Графиня изменившимся лицом бежит пруду".
А я продолжаю рассказывать о прочитанных книгах.
И книги эти, конечно же, о нем. О Льве Толстом.

«Лев в тени Льва».
После дневников старшей дочери Толстого я прочитала эту книгу – о судьбе одного из сыновей графа. Очень интересно написано. И вроде бы чувствуется, что автор недолюбливает Льва-старшего и сочувствует Льву-младшему, а с другой стороны, вроде бы и старшему сочувствует тоже. Книга эта – выдержки из писем, дневников и воспоминаний всех членов семьи и близких родственников, друзей семьи Толстых. Ну и с комментариями Басинского, конечно. Все вместе создает интересную картину жизни семьи Толстых. Вот, о чем я больше всего люблю читать, - это о больших семьях и о том, как складываются судьбы каждого…

К Льву-младшему (Леле) Толстому испытываешь сочувствие. Досталось ему, бедняге. Да и всем детям Толстого досталось, в общем-то. Уже самим фактом того, что они – дети Толстого. Они ведь не могли не слышать, не впитывать учения и слова отца. И примеряли все это на себя. То, к чему граф пришел к старости, эти девочки и мальчики старались нацепить на себя сразу, с юных лет. А юность просила и требовала совсем другого. Толстой-то в юности перебесился, а детям своим не то чтобы запрещал, нет, он просто смотрел с укоризной и грустью, и детям оттого становилось тошно, что они не оправдывают надежд папА…. Ведь папА такой идеальный, а они, дети, такие земные….

Что касается Льва Львовича, которого прозвали Тигром Тигровичем, он был четвертый ребенок Толстых (из тринадцати, как вы помните), и он в молодые годы попытался стать писателем. Лев Толстой дубль два. И, вполне вероятно, что писатель он был неплохой. Но для своих писаний он выбрал темы не свои собственные личные, а темы отцовские. И в своих произведениях пытался спорить с отцом. Написал, например, «Прелюдию Шопена», - свой ответ на «Крейцерову сонату». Большого успеха его творчество не имело. Вообще, Льву Львовичу все время хотелось чего-нибудь достичь, но как-то не получалось… Писателем стать не вышло, скульптором тоже, и даже толстовцем он пытался быть в юности (чтобы папА одобрил), но в итоге стал анти-толстовцем… И Лев Толстой-старший не раз писал в своих дневниках, что к сыну Льву он испытывает очень негативные чувства…

Вот в чем Льву Львовичу повезло (как мне кажется), так это в личной жизни. Хотя и тут не обошлось без драматической предыстории. В юности он сильно заболел, стал чахнуть и сохнуть, никакие доктора не помогали, ни в России, ни за границей. По счастью, его в конце концов отправили в Швецию, к знаменитому доктору Вестерлунду, который вылечил Льва. А у доктора была дочка Дора. И Леля с Дорой полюбили друг друга. И поженились.
Может, именно любви ему и не хватало? Может, потому и болел?
Смотрите, вот они какие симпатичные, Лев Львович и его Доротея. Лицо у Доры приветливое и открытое, и я невольно сравниваю ее с хмурыми насупленными дочерями Льва Толстого, такой контраст! Шведское легкомысленное солнышко среди русских мрачных тучек.

Лев Львович и Дора поселились в Ясной Поляне, во флигеле, по соседству с домом, в котором жил старший Лев. Старшего это, надо сказать, не очень порадовало, иметь у себя под боком своего идейного врага, сына, который с ним во всем спорит.
Но зато и внучата были под боком. Уж Софью Андреевну это наверняка радовало, она очень любила сына Льва, и сын всегда отвечал ей взаимностью. Вообще, что удивительно, в этой большой семье сыновья всегда занимали позицию матери и были более приземленными и материальными, полными жизни, а дочери были на стороне отца, перенимали его привычки – вегетарианство, аскетизм в быту, крестьянский труд, отказ от личного счастья.

Вот интересный кадр – три Льва. Да-да, своего первенца Лев Львович назвал тоже Левушкой. Правда, малышу не повезло, прожил он недолго.

Зато остальные дети Льва Львовича и Доры – а их (вместе с Львом) было девять, - прожили долго, одна из дочерей, Софья чуток до ста лет не дотянула (1908—2006).
Вот фото четырех Львовичей, мне оно очень нравится.

А сам Лев Львович прожил 76 лет, успел уйти от жены и прижить сына Ивана с другой женщиной. Кстати, почти все сыновья Толстого уходили от своих жен, но делали это пораньше, чем отец.
А об уходе Льва Толстого – следующая книга.

«Бегство из рая».

Как понятно из названия, книга повествует о последних днях Льва Толстого, когда 82-летний старичок решился наконец сбыть мечту последних 25 лет своей жизни и сбежать от жены. Только далеко не убежал, к сожалению, потому что без заботливого присмотра той самой жены сразу простудился, заболел и слег умирать в совершенно случайном и чужом месте – в доме начальника жд станции Астапово.

От момента побега и до смерти беглеца прошло 10 дней. Конечно, их на целую книжку не растянешь. Поэтому здесь чередуются главы, чуть ли не по минутам документирующие побег день за днем (ведь все участники вели дневники и писали воспоминания, да и полиция строчила отчеты, и журналисты послали в газеты телеграммы о происходящем), и главы, в которых исследователь пытается понять, почему Толстой сбежал, что такое у него было с женой и с жизнью, и прочее, прочее.

Тому, кто уже читал другие книги о жизни семьи Толстых, тут все понятно и знакомо. И думаешь вместе с автором – ну чего Толстому дома не сиделось? Договорился бы как-нибудь с женой, ушел бы жить в отдельный домик где-нибудь в Ясной поляне или соседней деревне, тачал бы себе сапоги на старости лет… Ведь уезжал же он гостить к друзьям или детям надолго, и ничего, супруга смирялась с этим, хоть иногда и настаивала, что поедет вместе с ним… Эту ее навязчивость чрезмерную трудно одобрить (ну в самом деле, гордости у нее не было?), но легко понять, ведь она боялась остаться на старости и без мужа, и без всего, что нажито было за годы брака. Неудивительно, что она понемногу сходила от этого страха с ума… Ведь помнила уже, как муж с котомкой на плече среди ночи ушел уже один раз – в ту ночь, когда она рожала дочку Сашу…. А теперь вот эта самая Саша, 26 лет спустя, и помогала отцу осуществить побег…

Очень много внимания в книге уделено двум самым близким людям Толстого – его жене Софье Андреевне и его «милому другу» Черткову. И соперничеству этих двоих, их борьбе за право распоряжаться жизнью, литературным наследием, дневниками Толстого, его завещанием…

Вот сколько книг уже прочитала, и во многих про Софью Андреевну написан сплошной негатив – истеричка, угрожала суицидами, не понимала великого Толстого, сцены ему устраивала, обыски в его бумагах учиняла по ночам и из пугача стреляла в форточку.

А у меня, тем не менее, не возникает никакого совершенно негатива к этой женщине. Одно только большое сочувствие. Потому что такой «психической» она стала исключительно по вине мужа. Мое такое мнение. Не истина, конечно. Исключительно имхо. Любой бы распсиховался, если б муж, настрогав 13 детей, потом вдруг предложил отречься от собственности и идти жить в избушку, землю пахать и в лаптях ходить. И от единственного источника дохода – публикации романов и повестей – решил бы отказаться.

Да еще и в дневниках писал бы гадости о жене, а потом те дневники отдал бы совершенно чужому мужчине, для будущей публикации. И сиди со своей кучей детей и внуков, и делай, что хочешь, пока великий муж всему миру рассказывает, как надо жить и любить друг друга, и мир внимает. А ты что? Ты не понимаешь, не умеешь жить так, как теперь вдруг понадобилось жить мужу, ты плохая жена, от тебя он уйти мечтает…
Вот он, великий дедушка, за год до ухода, что ли… Внукам сказку рассказывает.

Басинский в своих книгах о Толстых то и дело пишет: «и тут С.А. допустила роковую ошибку…», «и тут она повела себя неправильно и проиграла эту битву» и тп. Как будто мало ей было хлопот – детей нянчить и учить, мужу клизмы ставить, эмс (минералку) в стакан наливать и миндальное молоко толочь, когда граф своей вегетарианской еды опять перекушал и мучается животом, и блузы ему шить, и расходы-доходы имения подсчитывать, провизию заказывать, жалованье платить слугам и тп, - нет, помимо всего этого ей нужно было еще обдумывать каждое слово и каждый поступок, чтобы не проиграть войну за своего мужа. Хотя он как бы по умолчанию – ее муж, и все в их жизни должно было происходить по обоюдному согласию. А вместо этого – поле боя какое-то. Война и мир в отдельно взятом семействе.

«Графиня изменившимся лицом бежит пруду».
Оказывается, вот откуда эти слова. Из телеграммы одного из журналистов, освещавших уход Толстого из Ясной Поляны. Проснувшись утром и не обнаружив мужа, графиня побежала топиться. Ее вытащили, и потом она в течение последующих дней неоднократно пыталась то ли покончить с собой, то ли сделать вид… И это, разумеется, ей тоже ставили в упрек.

Плохо быть женой великого гения. Как бы ты ни повернулась, все равно осудят и упрекнут. И когда она с детьми приехала экстренным поездом в то злосчастное Астапово, ее не пустили попрощаться с умирающим мужем, и она бродила под окнами дома, выспрашивая, как он там. Такой вот финал «войны и мира» их семейной жизни, длившихся почти 50 лет…
Вот на фото она – снаружи, а муж внутри. Убежал, хоть так…

http://kisunika.livejournal.com/283122.html

хорошоплохо (никто еще не проголосовал)
Loading...Loading...

Tags:

Leave a Reply